Визит в Псков министра культуры Владимира Мединского был насыщенным и в то же время стремительным. Ради этой министерской стремительности 30 декабря город на полдня намертво встал в пробке.
Хотя, признаться, сам Владимир Ростиславович производит впечатление человека скорее неторопливого и суховато вежливого – вплоть до официальной холодности. Но посещение Псковского академического театра драмы имени А.С. Пушкина заметно растопило этот лед…
Кстати, министр еще был на пути в Псков, а ожидающих его псковских журналистов уже просили не забывать о том, что такая важнейшая часть визита как посещение театра – это не официальное открытие главной псковской сцены, а пока лишь техническая приемка здания. Откроют же театр ближе к Пушкинскому фестивалю, так что смотрите - не ошибитесь: не открытие!
Отлить к февралю?
Но до театра еще надо было дожить: программа пребывания в Пскове господина Мединского состояла примерно из семи пунктов, не считая коротких остановок в пути. И первой основательной остановкой должен был стать конкретный адрес – улица Георгиевская, дом 4, где во время Первой мировой войны располагался штаб Северного фронта. Примерно здесь намереваются установить памятник солдатам – героям той войны. Войны еще мало нам известной, если иметь в виду одностороннюю трактовку событий, принятую в советские времена. Империалистическая, несправедливая, похоронившая самодержавие – это, пожалуй, всё, что помнят о ней люди, окончившие советскую школу… 1 августа 2014 года исполнится сто лет с её начала.
Всё это и много другое можно было припомнить за время ожидания (часового) Владимира Мединского у железных ворот, закрывающих вход на реконструируемую набережную Великой с Георгиевского спуска. На воротах по-прежнему висит паспорт объекта с красивыми картинками от «СибЭкоСистемы», только дату сдачи без затей заклеили полоской белой бумаги. А еще у забора поставили низенький офисный столик, которому было суждено сыграть при министре роль импровизированного постамента – под макет для памятника. Когда Владимир Мединский, наконец, подъехал к месту встречи, ворота на набережную открыли. Председатель государственного комитета по культуре Псковской области Александр Голышев прямо на местности показал, где предполагается установить памятник: «Вот там, где лежат бетонные блоки» - то есть так, чтобы памятник смотрел на здание бывшего штаба.
Первый заместитель Александра Голышева – Владислава Вишневская коротко сообщила высокому гостю о том, что он видит в смысле текущих работ по реконструкции. А директор Псковского музея-заповедника Юрий Киселев тем временем водрузил на столик узкий деревянный футляр, скрывавший модель памятника. Её по заказу музея изготовил скульптор Александр Пальмин. Бравый русский солдат неожиданно всем понравился. По словам Александра Голышева, он несколько напоминает памятник русскому воинству, открытый в 2011 году в Париже (там, правда, солдат с конем, а наш - со штыком). Министру макет тоже, судя по всему, глянулся. И даже слишком. Потому что он задал Александру Голышеву совершенно неожиданный вопрос:
- А к 1 февраля отлить успеете?
- Февраля? – слегка опешил Александр Голышев
- Февраля, февраля, - четко подтвердил Владимир Мединский.
- Мы вообще рассчитывали к 1 августа. Но всё решаемо, - растерянно заверил министра председатель культурного комитета.
«Итальянцы-то известные бракоделы»
Подарив всем пищу для размышлений (какой февраль, почему?), глава министерства культуры отправился осматривать церковь Сергия с Залужья. И этот псковский храм XVI века во имя Сергия Радонежского, сейчас находящийся в процессе реставрации, явно произвел впечатление на Владимира Мединского. Храм действительно уникальный, знаменитый керамическим покрытием главы: таких в России было всего два, но церковь Алексея митрополита в Глинищах (Москва) снесли в тридцатые годы прошлого века. А наша стоит, хоть и без главы, без купола: сильно пострадала от авиабомбежки во время Великой Отечественной.
Министру храм показывал священник Михаил Федоров. Заметно оживившийся Владимир Мединский захотел увидеть интерьер, интересовался возможностью открыть более позднее внутреннее основание («докопаться» до XVI века), а также возможностью утепления пола. Священник, правда, заметил, что храм никогда не отапливался, он и был задуман как летний. Но добавил, что даже в 29-градусные морозы (как в прошлом году) сюда на службу приходят человек 10-15…
«Батюшка, но вы-то благодарны министерству культуры?» - подсказал отцу Михаилу важную мысль Александр Голышев. Тот истово закивал: «Да, да, конечно!». А Александр Иванович «на камеру» напомнил всем историю вопроса: «Губернатор обратился к министру культуры с просьбой включить в план, посвященной празднованию 700-летия Сергия Радонежского, наш уникальный план. И министерство культуры отозвалось – из 50 млн рублей 4 млн на проектно-сметную документацию уже получены. И вот за полтора года мы должны храм восстановить с божьей помощью!». «Да, не так много на Руси таких храмов», - согласился Владимир Мединский.
Тут неожиданно выступил глава Пскова Иван Цецерский: «Такой последний остался в России!». Иван Николаевич явно что-то слышал о том, что храм единственный и уникальный, но чем конкретно - пояснить затруднился, чем вызвал легкое недоверие министра. На помощь пришел отец Михаил, также заговоривший об уникальности псковской архитектуры даже в сравнении с итальянской. «Да итальянцы-то известные бракоделы, вот псковская школа – это да», - пошутил Владимир Мединский, видимо, не знающий об итальянском участии в проектах по музеефикации Покровской башни и по Музейному кварталу. А потом он уехал в псковский Кремль. Прямо-таки дословно – въехал на территорию…
«Хотелось бы это как-то…отметить!»
Здесь осмотрел, прежде всего, результаты реконструкции набережной Псковы - они неплохо видны со смотровой площадки. А еще оттуда прекрасно просматривается ужасное здание шпагатной фабрики, сильно заинтересовавшее Владимира Ростиславовича. Владислава Вишневская сообщила, что здание находится в частной собственности. К сожалению. Потому что с 2012 года инвестор заморозил работы по его реконструкции… «Но мы над этим работаем», - поспешил сгладить впечатление Александр Голышев. А ведь ровно месяц назад глава администрации Пскова Игорь Калашников рассказывал, что через два года серьезный петербургский инвестор превратит этот памятник федерального значения в «шикарное место» - многофункциональный комплекс с гостиницей и прочей торговлей... Или два года для нас не срок, как раз всё обратно «разморозится»?
Впрочем, шпагатная фабрика оказалась не самым «ярким» псковским впечатлением сдержанного господина Мединского. Сдержанный-то он сдержанный, но вариант укрепления естественного холма, на котором высится Снетогорский монастырь, его, мягко говоря, не восхитил. Частолоком торчащая ржавая железная арматура, унылая бетонная конструкция, которая и в законченном виде останется тем, чем она является сейчас: уродливым диссонансом – и по отношению к ландшафту, и по отношению к монастырю. Александр Голышев рассказывал министру, что это было единственным возможным вариантом укрепления. И вряд ли слышал, как Елена Яковлева, которая вот-вот вступит в должность руководителя регионального комитета по охране культурного наследия, произнесла: «Можно было найти и более деликатное решение».
Но именно в Снетогорском монастыре господин Мединский намекнул или даже почти пообещал Пскову много лет ожидаемый подарок – музей фрески.
Он как раз направился в собор Рождества Богородицы, когда к нему присоединился губернатор. Хранитель монументальной живописи Псковского музея-заповедника Таисия Круглова, реставратор Владимир Сарабьянов и, приходится признать, Андрей Турчак, продемонстрировавший неожиданную осведомленность в вопросе, сделали всё, чтобы господин Мединский проникся моментом. Начало XIV века, сохранность – 60%, еще года три-четыре (при стабильном финансировании) и работы будут завершены! Конечно, хорошо бы сделать комплексную реставрацию – в том числе архитектурную, проект есть. Есть и проект совместного использования собора с церковью, в этом вопросе была продемонстрирована исключительная гармония, хотя сестры в диалог с министром так и не вступили (во всяком случае, при прессе).
Владимир Сарабьянов очень к месту напомнил, что как раз в этом году фрескам исполнилось 700 лет: «И хотелось бы это как-то…отметить!». «Созданием музея фрески», - с полувопросительной интонацией произнесла Елена Яковлева. «Да, с возвращением фресок храмов Довмонтова города из Эрмитажа. Нам их не отдают, а мы готовы предоставить отдельное помещение, сделать Малый Эрмитаж с нормальными условиями хранения. Не отдают! Даже разговаривать не хотят», - пожаловался Мединскому губернатор. «А они ведь даже не выставляются!» - подхватил Владимир Сарабьянов. И, кажется, уговорили: министр взял Андрея Турчака под локоток, отвел в сторону… О чем они беседовали – так никто и не узнал. Но в театре Андрей Турчак уверенно (и что важно – в присутствии Владимира Мединского) заявил, что проект музея фрески получил одобрение министра. И с большой долей вероятности он в Пскове появится. Дай-то бог…
Завтра будет театр
В такие (может быть, и слишком много обещающие) заявления в здании театра верилось. Обогнавшие высокого гостя журналисты успели исследовать историческую часть здания. А потом – уже вместе с ним буквально закружились в сложно устроенном театральном доме. Ну что сказать? Красота. Что историческое здание, что новое (это там, где в медиахолле «Мастерская» только что закончилась неделя французского кино). Пробегая мимо малой сцены, все даже успели увидеть кусочек репетиции спектакля «Четыре картины любви», который ставит в Пскове Виктория Луговая. Актер Андрей Атабаев как раз практически любил актрису Ксению Хромову. Завороженные сценой журналисты выпустили из поля зрения министра, который присел в зрительном зале, о чем-то оживленно разговаривая с худруком Василием Сениным. И вернулись к обязанностям, лишь когда министр стремительно прошел мимо сцены, аплодируя артистам.
Также неожиданно все оказались на большой сцене и чуть не ахнули открывшемуся залу. Красиво, действительно красиво! Жаль, что люстра еще в целлофане: берегут от строительной пыли, там клининговым компаниям еще мыть и мыть всё после ремонта.
Заслуженный артист России Юрий Новохижин потом скажет, что он ждал этого момента 36 лет. И даже когда реконструкция началась, в её завершение трудно было поверить… Юрий Михайлович признался, что его и сейчас не отпускает тревога: как-то всё здесь сложится, как оправдают они, артисты, все, кто служит в театре, это здание?
А Владимир Мединский наконец-то оттаял. Улыбался, поздравлял (да-да, с технической приемкой), делал комплименты актрисам (или тем, кого он принимал за актрис), признавался, что даже завидует – не только псковичам-зрителям, но и тем, кто будет здесь работать. «Я и сам бы в таком кабинете посидел», - вспомнил он «цеховую» часть театра. Здесь с господином министром не согласиться трудно: в практическом смысле миллиард рублей был потрачен не зря. Как у театра будет с остальными смыслами – время покажет. И очень скоро. В новом году, который наступит завтра…
Елена Ширяева
Источник: Псковская Лента Новостей
