О борьбе с туберкулёзом с эпохи египетских пирамид до современности – в интервью с псковским специалистом

Фото: media.informpskov.ru

Как Псковская область добилась впечатляющего успеха, в чём уникальность палочки Коха, почему дети России избавлены от туберкулёза и что нужно делать, чтобы не заболеть, рассказал ПАИ главный врач Псковского областного противотуберкулёзного диспансера Сергей Богатин.

– Сергей Анатольевич, в марте ваше медицинское учреждение отметило 100-летний юбилей. Расскажите об истории борьбы с туберкулёзом в нашей области.

– Противотуберкулёзный диспансер был открыт 5 марта 1925 года на улице Некрасова, 23 в Пскове. В нынешнем здании правительства Псковской области приняли первых пациентов на круглосуточное лечение. Тогда в штате были один врач, три медицинские сестры и несколько санитаров. Начали с десяти коек, а уже через три месяца в Пскове обследовали и поставили на учёт более 1 000 больных разными формами туберкулёза. По этому адресу диспансер находился до Великой Отечественной войны, а в 1944 году после освобождения Пскова работал в здании надвратного корпуса Печерского подворья. Потом занял помещение онкодиспансера. В 1958 году построили специальное здание на улице Красноармейской, 16. Тогда это было за чертой города: вокруг шумели леса, что очень подходило нашим больным. За прошедшие годы Псков разросся, и сейчас мы находимся практически в центре.

Что касается истории самой противотуберкулёзной службы, то она начинается ещё раньше. Готовя книгу, посвящённую юбилею диспансера, мы нашли архивные справки. Основал противотуберкулёзную службу Пскова доктор Николай Фёдорович Плюшкин. С 1899 по 1903 год он заведовал медико-санитарным бюро при губернской управе и в 1902 году предложил организовать сбор средств под эгидой цветка ромашки – символа борьбы с туберкулёзом, чтобы купить здание, где бы лечили больных туберкулёзом. Деньги собрали, приобрели барский дом в родовом имении Неклюдова в 25 верстах в Псковском уезде и отобрали первых десять пациентов, которые начали лечение на свежем воздухе.

– Сейчас о туберкулёзе вспоминают не так уж часто.

– Да, это верно. Вспоминаем ежегодно, когда проводим Всемирный день борьбы с туберкулёзом, но в основном в фокусе внимания другие инфекционные заболевания. А ведь туберкулёз никуда не уходил, как был, так и есть. Один инфицированный за день может от 15 до 30 человек заразить. На практическую конференцию, которую мы провели для врачей и студентов-медиков в рамках юбилея, приехал главный внештатный фтизиатр Северо-Западного федерального округа, член-корреспондент РАН, доктор медицинских наук Андрей Олегович Марьяндышев и несколько часов рассказывал о современных методах диагностики, лечения и в целом о туберкулёзе.

– Какова ситуация в России и в мире?

– По статистике ВОЗ, в России высокие показатели выявления лекарственно устойчивых форм, а что касается лекарственно чувствительного туберкулёза, то несколько лет назад нашу страну исключили из списка десяти стран с высокой заболеваемостью этими формами. Сейчас на Северо-Запада, в том числе в Псковской области, общее количество больных уменьшилось, но из имеющихся пациентов почти 50 % болеют лекарственно устойчивыми формами туберкулёза, которые лечить тяжелее и дольше: девять месяцев ежедневно человеку приходится принимать противотуберкулёзный препарат. Есть комбинированные: вместо четырёх препаратов человек принимает одну таблеточку. Результаты хорошие. В Псковской области динамика положительная и показатели ниже среднероссийских: если в 2023 году мы были на 33-м месте, то по итогам 2024 года поднялись на девятое место.

– За счёт чего стал возможен такой скачок?

– Мы не выявили ни одного случая заболевания активным туберкулёзом среди подростков и детей. Плюс наш регион благополучен с точки зрения ВИЧ-инфекции. Благодаря этим двум показателям мы и взлетели на девятое место. Мы привыкли, что всем детям России прямо в роддоме делают противотуберкулёзную прививку БЦЖ. Даже если есть тяжёлая патология при рождении, прививку не отменяют, а передвигают сроки. А в странах, где этого нет, детская заболеваемость и смертность от туберкулёза очень большая. В России также всем ребятишкам до семи лет ежегодно делают Манту, и в зависимости от реакции проводится ревакцинация БЦЖ. От семи до 18 лет ежегодно все дети проходят диаскинтест и находятся под контролем. К счастью, родителей-антиваксеров тоже становится всё меньше.

– Какие изменения произошли в лечении туберкулёза за сто лет?

– Можно выделить два этапа. Первый – середина 1950-х годов, когда появились антибиотики. Второй – конец 1990-х – начало 2000-х, когда обнаружили лекарственно устойчивые формы туберкулёза. К сожалению, сейчас и в нашем регионе, и в России лекарственно чувствительных форм, более лёгких и с более коротким сроком лечения, становится меньше, а лекарственно устойчивых, со сроком лечения до двух лет, – больше. В прошлом году были приняты новые клинические рекомендации на основе рекомендаций ВОЗ и Международного союза борьбы с туберкулёзом и заболеваниями лёгких по переходу этих форм на более короткие схемы лечения, появились новые противотуберкулёзные препараты. Всё это позволило сократить срок лечения до девяти месяцев.

– Как заболевают туберкулёзом?

– Туберкулёз как был социально значимым заболеванием, так и остаётся. Палочка Коха живёт в организме каждого человека, так сказать в спящем виде. И если он ведёт неправильный и асоциальный образ жизни, плохо питается, постоянно находится в стрессе, у него есть заболевания, которые приводят к ослаблению общего иммунитета, палочка просыпается, голову подымает, попадает в лёгочную ткань и там начинает развиваться, размножаться и потихонечку её пожирать. Но также заболеть может любой человек при контакте с заразным больным, так как туберкулёз передаётся воздушно-капельным путём при разговоре, чихании в закрытых помещениях.

Туберкулёзная палочка Коха уникальна, очень опасна и заразна. Учёные находили эту бактерию даже в египетских пирамидах. Она жизнестойкая, отлично себя чувствует в закрытых сырых, влажных помещениях и в любой пылевой взвеси, но погибает при прямых солнечных лучах через 40 минут. Когда появились антибиотики, думали, что туберкулёз наконец побеждён, и в 1970-х годах его практически излечили. Но палочка переобулась, надела защитную оболочку и стала прогрессировать дальше.

– Какие бывают формы туберкулёза?

– 90–95 процентов – лёгочная форма. При ослаблении иммунитета кровью и лимфой бактерия разносится по всему организму и может поражать любые органы, брюшную полость, костную систему, нервную систему, мозг.

– Опишите среднестатистического пациента противотуберкулёзного диспансера.

– По данным за последние два года, в 80–85 процентах случаев это мужчины работоспособного возраста от 30 и 60 лет. В основном те, кто злоупотребляет алкоголем либо длительно болеет хроническими заболеваниями и своевременно не обращается за медицинской помощью. И уже когда сами передвигаться не могут, в последний момент вызывают скорую помощь, их в лечебном учреждении обследуют и привозят к нам. Много таких пациентов.

Я при любой возможности обращаюсь к жителям: надо ходить на диспансеризацию. Потому что легче провести профилактические мероприятия и сделать снимок лёгких, чем попасть в больницу на длительное лечение от туберкулёза и практически год каждый день пить таблетки. Любую форму туберкулёза можно вылечить, самое главное – желание пациента и правильный моральный настрой, для этого у нас психолог работает. В том году мы подписали с Псковской епархией соглашение, к нам батюшка приходит. Подключаем духовный мир, так скажем, чтобы человека поставить на правильные рельсы.

– Как диагностируют и лечат туберкулёз?

– Туберкулёз опасен тем, что у него нет классических симптомов, по которым можно было бы сказать: у человека стопроцентно это заболевание. Туберкулёз скрывается под маской вирусной инфекции. Ощущается слабость, температура 37,2–37,8, потеря веса, длительный кашель. Если кашель не проходит две-три недели, нужно обязательно сделать обзорный снимок лёгких. При изменениях пациента направят к нам для углублённого исследования на КТ, когда можно посмотреть все ткани организма вплоть до костей и увидеть то, что не покажут рентгеновские снимки. Также у нас есть другие современные методы диагностики, результаты получаем через два часа. При выявлении туберкулёза настоятельно рекомендуем пациенту лечь в стационар, ведь он может перезаразить всех родных, друзей, знакомых и даже незнакомых. Люди нас слышат и соглашаются на стационарные условия. Через два месяца пациент стабилизируется, что подтверждается лабораторно, переводится на амбулаторное лечение и продолжает принимать противотуберкулёзные препараты до конца курса. Доказано, что через месяц-полтора, если человек скрупулёзно это делает, бактерии теряют активность, не выделяются и человек больше не представляет опасности для окружающих.

Каждого пациента мы регистрируем и в первый же день оформляем экстренное извещение Роспотребнадзора. Наши специалисты выезжают на место его работы, проводят опрос всех, кто контактировал с данным пациентом, предлагаем бесплатное обследование и наблюдаем за этими людьми в течение года. Затем при благоприятных результатах контрольного обследования они снимаются с учёта.

– Как человек живёт после приёма полного курса противотуберкулёзных препаратов?

– Если после полного курса лечения в лёгких не остаётся никаких изменений, через год пациента снимают с наблюдения. При больших остаточных изменениях в лёгочной ткани пациенты наблюдаются до трёх лет, их ежегодно обследуют. Стабильное состояние позволяет и их снять с учёта, но мы просим при последующих рентгенах или флюорографии сообщать о перенесённом заболевании, чтобы врачи могли сравнить данные текущего обследования с предыдущими. И если вести здоровый образ жизни, правильно питаться, укреплять иммунитет, не стрессовать слишком часто и проходить диспансеризацию, возможность рецидива или нового заражения крайне невысока.

С Сергеем Богатиным беседовали Лариса Малкова и Алёна Комарова