Любой профессор права начнет первую лекцию по законодательству Древнего Рима с упоминания, что право и справедливость на Апеннинском полуострове в давние лета – понятия однокоренные: ius и iustitia. Впрочем, специалисты по истории и филологии тут же напомнят и отечественный аналог – «Русскую правду» – где понятия стали уже не просто однокоренными – тождественными. Но то – раньше. Сейчас о морали, нравственности и справедливости именно в правовом поле, увы, можно рассуждать лишь как о беллетристике. Так что впору вспомнить один из постулатов Римского права, последнюю гарантию стабильности: «Cправедливость - это повиновение писаным законам». Этот постулат очень важно помнить, когда речь идет о деле Pussy Riot.
Приговор девушкам из группы Pussy Riot, устроившим скандальный «панк-молебен» в Храме Христа Спасителя, предельно резко и грубо выдавил из тела нашего общества этот нарывавший фурункул – четкое разделение населения, проживающего от Калининграда до Владивостока, по признаку отношения вообще к понятию Закон .
И чтобы не твердили про «религиозную ярость», «мракобесие», «бред» и «фантасмагорию абсурда», не надо себя обманывать – самый известный судебный процесс в мире за последние годы (о нем написали 83% мировых СМИ) не может быть только лишь «глупостью» или «искусственно раздутым» явлением. Это нечто большее и важное для всех и каждого… Это пик особого кризиса - пострашнее кризиса экономического, который, как твердят экономисты, вот-вот должен вновь пожаловать в гости – это пик кризиса мировоззрения, государства и общества.
Вопрос тут не только о «легитимности» приговора конкретно Надежде Толоконниковой, Марие Алёхиной и Екатерине Самуцевич, которым по решению судьи Хамовнического суда Москвы Марины Сыровой назначено наказание в виде 2-х лет колонии - вопрос о правилах игры и о том, как жить, когда правила могут вольно трактоваться в угоду публики.
Впрочем, к черту эмоции. Их в этом деле и так было слишком много… Только право, только закон!
Попытаемся разобраться в том, что произошло, и откуда такой ажиотаж. Панкерш судили по ч.2 ст. 213 УК РФ («Хулиганство»). Это коварное понятие, потому что граждане привыкли говорить «хулиган» про всякого бунтующего или шкодящего недоросля. Нет-нет, да шутя пожурят родители свое баловливое чадо: «Хулиганьё ты мое!». А между тем это «ласкательное» в некоторых случаях определение «весит» на весах Уголовного кодекса аж до 7 лет!
«Хулиганство есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу», - твердит УК РФ. Хулиганство совершается: а) с использованием оружия или предметов, используемых в качестве оружия; б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. И самое суровое за него наказание предусмотрено в случаях, когда хулиганство совершено «группой лиц по предварительному сговору или организованной группой».
Между тем разглядеть такое «общественно опасное деяние» в 23-секундном «панк-молебне» на амвоне и солее храма, когда девушки разве что успели несколько раз перекрестится, попытались потанцевать да вроде как выкрикнули «Богородица, Путина прогони!», может только невежда. Религиозную ненависть можно «усмотреть» только, когда были конкретные антиклерикальные призывы. Но в самом-то храме их не было (еще можно хотя бы обсуждать, есть ли она в клипе по мотивам панк-молебна, где постоянно повторяются слова «срань господня», но судили-то девушек именно за выходку в храме). Разжигание ненависти и вражды в отношении какой-то социальной группы тут тоже при всем желании не усмотришь – ну не являются «социальными группами» ни Владимир Путин (во время акции – только лишь кандидат в президенты), ни Патриарх Кирилл.
Собственно, суть акции Pussy Riot и заключалась в том, чтобы привлечь внимание к вопиющему с их (да и не только с их) точки зрения факту, когда настоятель Русской православной церкви, то бишь духовный пастырь миллионов граждан, а не только сторонников Путина, призывает голосовать за конкретного кандидата на светских выборах. А что до характера этой акции, так «явное неуважение к обществу» является вообще отличительным признаком и всего панк-движения, и, кроме того, многих признанных выдающихся художников и мыслителей. Если так трактовать статью «Хулиганство», то можно пойти дальше и позапрещать множество произведений, которые сейчас изучаются в школах и университетах.
Так что не случайно многие усмотрели в акции девушек в цветных балаклавах «банальную административку» за нарушение общественного порядка. Другой вопрос, что штраф или 15 суток многим негодующим показались слишком слабым наказанием за проступок взбалмошных барышень. Но тут уж – таков закон.
Тем более бред - обсуждать на гражданском процессе нарушения церковных канонов и правил: за их нарушение церковь может накладывать анафему и применять другие соответствующие меры. Но судить в светском суде за появление женщины в амвоне – это все равно, что судить за ересь.
Примечательно, что еще в ходе процесса, в июне, единороссы решили внести поправки в 282-ю статью УК РФ «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Как пояснял тогда депутат Алексей Журавлев, это необходимо было для того, чтобы ужесточить наказание для таких, как Pussy Riot. Безграмотность ли редакторов федеральных СМИ тут виной, или нет, но подавалась эта новость под соусом «ЕР хочет переписать Уголовный кодекс, чтобы осудить Pussy Riot за разжигание ненависти по религиозному признаку». То есть уже тогда речь шла о применении ужесточающих поправок «задним числом», потому что действующее законодательство не предусматривало «адекватно жесткого» наказания «покусившихся на святое».
Напомню, во времена Союза деятельность валютчика и фарцовщика Яна Рокотова тоже показалась властьпридержащим заслуживающей более сурового наказания, и закон - после «письма рабочих, возмущенных мягкостью приговора» и выступления Хрущева, заявившего: «Это же настоящие враги, а вы им всего по восемь лет? За такие приговоры самих судей судить надо!» - изменили. А Рокотова сотоварищи – расстреляли, позабыв краеугольный принцип закона: что он обратной силы не имеет. Все помнят, чем такое обращение с законом обернулось для страны…
Если уж в деле Pussy Riot хотелось «влепить по полной», то обвинителям стоило бы заглянуть в главу 29 УК. Там имеется соответствующая фактура! Судите сами – Pussy Riot можно было судить по ст. 282.1 «Организация экстремистского сообщества» и по ст. 278 «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти». Как-никак, они призывали небесные силы «прогнать» действующего премьера, лидера партии парламентского большинства и кандидата в президенты! А учитывая местонахождение «адресата» призыва, можно было бы впаять и 277-ю – «Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля»: до сих пор «расстрельная» статья, в нынешних условиях означающая пожизненный приговор!
Но случилось так, как случилось. Реакция на «2 года колонии» - приговор «не по той статье» - стала во сто крат «общественно опаснее», чем те 23 секунды, когда девушки кривлялись на амвоне. И пусть эта реакция приобрела такие разнообразные и, подчас, отвратительные формы, как осквернение храмов в Пскове и Великих Луках, или, того хуже, попытку поджога храма в Калининграде - все эти выходки прискорбны и предельно ужасны, но они стали лишь отрыжкой общей отталкивающей реакции «организма» общества на обнаружение «в крови» вируса попрания права. Ведь он для государства, народа и общества – как ВИЧ для человека.
Вспомнился Окуджава: «Вселенский опыт говорит, что погибают царства не от того, что труден быт, или страшны мытарства, а царства гибнут от того – и тем больней, чем дольше – что люди царства своего не уважают больше».
А как уважать государство, которое не уважает закон?..
…Вот и с церковью – та же печальная картина. Дьякон РПЦ из Тамбова Сергей Баранов написал письмо Патриарху, в котором попросил снять с него сан из-за приговора Pussy Riot. Как он пояснил журналистам, «если будет в дальнейшем продолжаться та обстановка, которая на данный момент сложилась в Русской православной церкви, то, может, грядет раскол. Потому что церковь, к сожалению, к моему большому сожалению, разделена». Если священники не видят милосердия и справедливости в матери-церкви, то что будет с этой церковью?
Во всей этой ситуации больше всего пугает одно: расколы в обществе и в церкви не случаются из-за каких-то единичных случаев – эти случаи просто вскрывают уже сформировавшиеся противостояния мировоззрений. Не один случай, так другой.
Камо грядеши?..
Сергей Вик. Васильев
Источник: Псковская Лента Новостей
